Tuesday, November 29, 2011

Bruce Hwy. Bowen - Brisbane.



"Я же говорила вчера: будет дождь!" - с триумфом заявила вчерашняя моя знакомая, когда мы пришли завтракать в общую кухню-столовую. Она неторопливо заканчивала свой кофе с булочкой, ее друзья уехали собирать манго, чуть только забрезжил рассвет.

Небо и правда хмурилось, низкие дождевые тучи все ближе наползали на окружающие холмы, изредка моросил мелкий теплый дождь, от вчерашней голубизны не осталось и следа. Мы отправились искупаться еще раз на полюбившийся нам пляж неподалеку от кемпинга. Юра стал нырять с маской у дальних камней, а я бродила по берегу и собирала маленькие ракушки и обломки кораллов.

Вернувшись в кемпинг, мы обнаружили на ближайшей джакаранде семейку ночных птиц козодоев, устроившихся там передневать. Мама с папой и их пушистый малыш цветом оперенья почти сливались с корой дерева, они сидели неподвижно, плотно зажмурив свои огромные глаза. Если мы начинали громко разговаривать, один из родителей приоткрывал узкую щелку глаза и свысока косился на нас - это выглядело чрезвычайно забавно.




Как только мы выехали из Bowen, с неба хлынул настоящий ливень. Потоки дождя были такими обильными, что стеклоочистители не могли с ними справиться, и вода заливала ветровое стекло.




Трафик на скоростном шоссе сразу замедлился, и мы неспешно ехали так около часа, пока тропический ливень не перешел в слабый дождь.




Постепенно небо просветлело, а горы отступили от шоссе на запад. Мы, как и по дороге на север, снова остановились в Mackay выпить кофе, а потом почти без остановки проехали больше трехсот километров до Rockhampton.




В Рокхемптон мы прибыли около трех часов после полудня, в городе было солнечно и сухо. Мы зашли в местный зоопарк, содержащийся на средства мэрии, и долго смеялись над толстенькими вомбатами, спавшими крепким сном за затемненными стеклами вольера. Эти сумчатые грызуны лежали на своих упитаных спинках, выставив толстенькие пузики и развесив короткие лапки в разые стороны. Коалы, кенгуру, воллаби, страусы эму - в этом небольшом живом уголке можно было найти почти всех традиционных представителей местной фауны.

Еще в зоопарке был устроен обширный вольер для нескольких человекообразных обезьян. Мне почему-то стало грустно, когда мы подошли к клетке с шимпанзе - большая коричневая обезьяна скучающе сидела у самой решетки, выставив все свои лапы наружу. Определенно этому животному требовалась компания себе подобных.

Можно было останавливаться ночевать, мы уже проделали около половины оставшегося до дому пути. Но мы решили проехать еще сотню-другую километров и снова вернулись на Bruce Hwy. Так мы ехали, и ехали, и ехали... Останавливались дозаправиться, размять ноги, выпить кофе, и снова ехали. В дороге встретили закат, он красиво пылал за редкой порослью эвкалиптов и грядой Большого Водораздельного Хребта, отступившего к горизонту.

Когда стало смеркаться, Юра предложил найти у дороги мотель, как только мы захотим спать. Но спать мы так и не захотели, :) потому что во время последней дозаправки купили большую бутылку кока-колы, и содержащийся там кофеин так нас взбодрил, что за пол-часа до наступления полуночи мы были в Брисбен-Сити, а еще через тридцать минут уже спускались к своему дому, проехав за этот день от Bowen 1150 километров и проведя в пути около 15 часов.

Так закончилось наше одиннадцатидневное путешествие на север штата Квинсленд, за которое мы проделали около четырех тысяч километров. Здесь на Google map я отметила наш маршрут Brisbane-Cairns.

Monday, November 28, 2011

Bruce Hwy. Innisfail - Bowen.



Мы возвращались домой. Дорога до Брисбена была неблизкая, и мы решили на обратном пути больше не сворачивать со скоростного шоссе Bruce Hwy, по нему оставалось проехать до дома около 1600 км.

Покинув Innisfail рано утром, мы остановились в Cardwell - здесь шоссе почти вплотную подходило к побережью, и океан поблескивал под утренними солнечными лучами, словно удивительный драгоценный камень. Мы вышли на небольшой пляж, и в этот самый момент зазвонил мой мобильный телефон. Сын спрашивал, где мы, и нужно ли ему снова ехать поливать мои огурцы. Я ответила, что мы планировали возвращаться домой не спеша и проделать оставшийся путь за три дня, поэтому огурцы надо бы полить...

Вернувшись мыслями от сына и огурцов обратно к действительности, я подумала, что она, эта действительность, похожа на сказку! Пляжик в Cardwell был довольно узеньким и невыразительным, но океан!!! Океан лежал спокойной громадой изумительного драгоценного цвета аквамарина и тихонько вздыхал у наших ног. У горизонта громоздился Hinchinbrook Island, он гасил высокий прибой, и только мелкие волны с тихим шипением наползали на желтый песок и так же спокойно откатывались обратно.

Под этими высокими пальмами со зреющими кокосами хотелось построить маленький шалаш :) и провести в нем остаток жизни, каждый день и каждую минуту наслаждаясь этой вечной красотой...




Шалаш мы строить не стали, :) вернулись на скоростное шоссе и поехали дальше на юг.

Просто удивительно, как по-иному выглядели эти места под ярким утренним солнцем! Пять дней назад, 23 ноября, когда мы проезжали здесь в направлении Cairns, над Большим Водораздельным Хребтом висело плотное покрывало облаков, и в мелком тумане дождя окружающие холмы выглядели очень живописно и загадочно. Теперь под ярким солнцем и голубым небом мне казалось, что мы едем по совершенно иным местам, такими простыми и обыденными выглядели окружающие фермы сахарного тростника и манго в окружении темных хребтов. Воздух был настолько прозрачен и чист, что вдалеке кое-где стали видны тоненькие ниточки водопадов, стекающие с гор и поблескивающие под утренними лучами.

Мы проехали Townsville по Bruce Hwe, задержавшись ненадолго в большом торговом центре у дороги. Попили кофе, купили подарок сыну и продолжили путешествие.

На центральной площади города Ayr вовсю шла подготовка к Рождеству. Я прямо из машины сделала быстрый кадр, но на окраине города мы остановились у туристического центра, еще на въезде заметив объявление о выставке коллекции бабочек.




Оказалось, что объявление устарело, выставки давно нет, и мы устроили себе небольшой пикник неподалеку в парке,...




... а потом долго гуляли под деревьями манго, ветви которых склонялись вниз под тяжестью зреющих фруктов, и цветущими кассиями (Cassia fistula), покрытых золотистой пеной нежных лепестков.




Cassia fistula - азиатское дерево, оно прекрасно прижилось в Австралии, его здесь называют "Золотой дождь". Я обожаю эти чудесные деревья, давно хотела завести себе такое, и наконец нашла стручки с созревшими семенами.




С другой стороны парка у дороги возвышался гигантский каменный питон. Я прочитала мемориальную доску на камне - монумент был воздвигнут, чтобы увековечить память выдающегося человека, одного из старейшин племени аборигенов, проживавших в этих местах.




И снова колеса машины зашуршали по серому горячему бетону, и на обочинах замелькали небольшие фермерские домики, поля тростника, плантации манго и бананов. Солнце все еще висело в зените, опаляя горячими лучами землю, и казалось, что шоссе плавится под этим жаром и растекается водой - на его поверхности дрожали зыбкие миражи.

Было так жарко, что даже открытые окна не помогали, в машину врывался горячий воздух, которым было нелегко дышать. Пришлось наглухо закрыть салон и включить кондиционер.




Через несколько километров от Ayr нам попался указатель, говорящий, что в стороне на холме есть неплохая смотровая площадка. Мы так долго просто ехали по шоссе, что в Юру вселился исследовательский дух, :) и он направил машину на этот холм.

Узкая забетонированная дорога тонким серпантином круто поднималась в гору, наклон у дороги был такой, что мотор еле справлялся с подъемом. Мне казалось, что стОит нам только остановиться, как машина под тяжестью веса сама скатится обратно. Карабкались мы в гору довольно медленно и в конце-концов достигли вершины, наверху были установлены башни сотовых телефонных компаний, пожарная наблюдательная вышка и несколько столов для пикников.

Далеко до горизонта простирались просторные поля ферм, выглядящие с вершины этого холма гигантскими многоугольниками различных оттенков зеленого, а на востоке ярким сапфировым цветом поблескивал океан.




Спускаться с этого холма было еще страшнее, чем подниматься на него, я тихо пищала Юре: "Тормози," - и закрывала глаза. :)

Наконец показался Bowen. С утра мы проделали только 450 км, но решили остановиться в этом городе в том же самом кемпинге с павлинами - так нам здесь понравилось по дороге на север.

Павлины в этот раз не кричали и не распускали своих прекрасных хвостов, они бродили между домиков и тентов совсем притихшие. Мы встали в том же самом месте, где ночевали почти неделю назад, с другой стороны так и возвышались тенты тех двух парней и двух девушек, которые нас приветливо здесь встречали в первый раз и рассказывали об местных живых обитателях. К нам снова подошел тот же разговорчивый паренек, неся в руках несколько спелых манго.

"А мы нашли другую работу, теперь мы собираем фрукты на манговой ферме! Угощайтесь!" - проговорил он, отдал фрукты Юре и вернулся к своим друзьям.




Небо обещало великолепный закат, и мы заранее отправились на берег, чтобы найти тропинку на укромный пляж, который мы увидели еще в прошлый раз, когда любовались заходящим солнцем с булыжников у отеля.




Мы нашли маленькую тропинку среди кустов и больших валунов, к нашему веселью пляж оказался нудистким, :) о чем свидетельствовали огромные буквы "Nude Beach" на скале. Но был понедельник и не сезон каникул, поэтому мы могли в полном одиночестве и одежде наслаждаться великолепным видом и закатом.




Когда мы вернулись в кемпинг, я столкнулась на тропинке с одной из девушек - подруг паренька, угощавшего нас манго.




"Завтра будет сильный ливень," - сказала она мне, поздоровавшись.
Я подняла глаза к темнеющему небу: "Так там почти ни облачка!"
"Вот увидишь!" - улыбнулась мне девушка и пожелала спокойной ночи...



Sunday, November 27, 2011

Atherton Tablelands.



Ранним свежим утром мы неспешно ехали по высокогорью Atherton Tablelands по Kennedy Highway, удаляясь от Atherton, где мы провели ночь. Чудесные зеленые холмы этого высокогорья, поросшие раскидистыми эвкалиптами, стройными араукариями и высокими древовидными папоротниками, похожими на пальмы, нам напоминали Новую Зеландию. Наверно все дело было в прохладном бодрящем воздухе и сочном ярком оттенке зеленой травы, покрывавшей эти бесконечные холмы...




Мы направлялись в Mt.Hypipamee National Park, чтобы посмотреть на The Crater, на древнее образование вулканического происхождения, представляющее собой восьмидесятиметровый каменный котел, на дне которого темнела вода, покрытая мелкой зеленой ряской.

На самом входе в заповедник были расставлены таблички, предупреждающие, что здесь обитают казуары, туристам настойчиво рекомендовали не приближаться к этим большим птицам, не кормить их, не дразнить и т.д. В ожидании интересной встречи мы устремились в лес, прислушиваясь к каждому шороху и замирая при каждом незнакомом птичьем крике. Мы дошли до самого Kратера, но к своему сожaлению так и не увидели этих удивительных птиц.

Немного постояв у бывшего жерла вулканической трубки, прочитав всю информацию о геологическом механизме возникновения этого образования и впечатлившись величием природы, мы бросили в Кратер небольшой камень. Он разорвал ровную поверхность ряски, громко булькнул, а высокие каменные стены отозвались гулким эхом.

От Кратера мы возвращались по другой тропинке, она вилась по берегу ручейка и привела нас к небольшим блестящим водопадам, резво журчащим по темным камням. Мы присматривались к каждой пролетающей мимо бабочке - нам очень хотелось увидеть Ulysses - Парусника Улисса, ведь именно в этих местах он обитал в дикой природе.




Так и не повстречав ни волшебного Парусника, ни удивительного казуара, мы вернулись к машине и отправились в другой национальный парк, ненадолго остановившись на высоком холме Millaa Millaa Lookout, откуда открывался живописный обзор на горные вершины, длинную гряду зеленых холмов и долины ниже горного плато. Вокруг порхало неимоверное количество мелких ярких бабочек, и Юра так заразительно размахивал сачком, пытаясь поймать очередную фотомодель, что в какой-то момент я тоже не выдержала и присоединилась к его фото-охоте. :)




Наконец мы оставили чешуекрылых в покое и достигли Waterfall Circuit, не очень длинной кольцевой дороги, пролегающей между красивых холмов, покрытых у ручьев и речушек густым и влажным дождевым лесом.

Первую остановку мы сделали у Millaa Millaa Falls, одного из самых популярных местных водопадов. Говорят, что эти каскады наиболее часто появляются на фотографиях различных туристических проспектов и путеводителей. Юра сделал нижний кадр широкоугольным объективом fish eye, поэтому водопад на фотографии выглядит меньше, чем он есть на самом деле.




Продвигаясь дальше по Waterfall Circuit, мы вышли у Zillie Falls и с восторгом замерли на краю глубокого обрыва, густо поросшего папоротниками и лантаной. Над сияющим в утренних лучах живописным водопадом ярким и неповторимым оттенком electric-blue, синим цветом-электрик полыхали крылышки Парусника Улисса, кружащегося над цветами лантаны. Нашему счастью не было предела! Одно дело - увидеть красивую бабочку в специальном парке-оранжерее, что по сути есть зоопарк для бабочек, и другое - встретить это чудо в его натуральной среде обитания!




До парящего над обрывом парусника было довольно далеко, полтора-два десятка метров, его удалось сфотографировать только с помощью теле-объектива. Кадр получился не очень резким и слегка размытым, но он нам доставляет гораздо большее удовольствие, чем все фото, сделанные в Butterfly House, на которых видно каждую чешуйку на крылышках. Этот снимок всегда будет нам напоминать о незабываемом дне, проведенном на Atherton Tablelands, и чудесной бабочке, сияющей, словно драгоценный камень над блестящими струями водопада.

К первому Паруснику Улисса присоединился еще один, и мы долго стояли на краю обрыва, с восторгом наблюдая за этими редкими бабочками.




После этого мы двинулись дальше по кольцевой дороге, постояли у фермы с буйволами,...




...ненадолго заглянули к Ellinjaa Falls...




... и, закончив с Waterfall Circuit, начали постепенно спускаться с Atherton Tableland по Palmerston Highway.

По пути мы еще остановились у Nandroya Falls, и Юра предложил прогуться до этих водопадов. А я неожиданно почувствовала, что буду совершенно счастлива достать из багажника начатый перед этим путешествием синий плед и тихонько посидеть в тишине у журчащего ручейка. Это был уже девятый день нашей поездки, и я немного утомилась от каждодневной смены обстановки, отелей, мотелей, кемпингов и караван-парков. Я соскучилась по неторопливому шевелению крючка, обвивающим пальцы мягким нитям, по этой спокойной медитации и времени наедине с собой.




Перед тем как уйти к водопадам, Юра показал мне на дереве очень крупную моль с сияющими опалесцирующими полосками на темных крыльях, потом, чтобы отпугнуть оводов, тучами кружащихся вокруг, обрызгал себе и мне ноги какой-то гадостью с приятным ароматом и ушел вдоль ручья.

Квадратик пледа в моих руках был еще довольно маленьким, со стороной около метра. Я провязывала одну сторону, а потом поднимала глаза и оглядывалась. Так однажды я заметила, что на берегу ручья неподалеку промелькнуло небольшое сумчатое. Я тут же выскочила следом с фотоаппаратом, но животного и след простыл.

Вокруг все так же кружились оводы, совершенно невообразимое количество оводов! Эти наглые кровососущие мухи не могли меня кусать - запах репеллента отпугивал их от моих ног и рук. Но через мою одежду и кожу до насекомых доносилось биение моего сердца, и они десятками слетались в открытые окна машины и рассаживались вокруг в надежде поживиться.

В принципе я довольно мирное создание, :) но вид этих жадных до моей крови насекомых вызывал у меня внутренний протест, поэтому, закончив очередной ряд пледа, я шлепала свернутой в трубку газетой по сидящим поблизости голодным слепням. Сначала они просто валились повсюду: в мою сумку с нитками, на пол машины, на сиденья, а потом я подумала, что незачем разводить в машине беспорядок, и, подобрав очередное дохлое насекомое, аккуратно складывала его на водительское сиденье.

К тому времени, когда муж сфотографировал Nandroya Falls и вернулся к машине, половину его кресла занимали бренные останки нескольких десятков оводов. Шок Юры было нельзя передать словами: он замолчал посреди фразы и вытаращил глаза... А потом со свойственной мужчинам логикой спросил: "А зачем?"

...Хм, ну откуда я знаю - зачем? Они хотели поесть меня - и поплатились. А выбрасывать их в свое левое окно правой рукой было неудобно, кресло справа оказалось ближе - вот и все... :) Женская логика!

Юра стряхнул оводов со своего кресла (потом жалел, что не сфотографировал), и мы продолжили наш спуск к побережью океана. К концу дня мы выехали на Bruce Hwy в Innisfail, в 90 км южнее Cairns. Теперь нам предстояла обратная дорога домой, около 1600 км до Брисбена.


Saturday, November 26, 2011

Kuranda - Davies Creek NP - Atherton.


Мне снился странный и запутанный сон, в котором присутствовал шум дождя, сопровождаемый мелодичными аккордами гитары. Негромкая музыка словно оттеняла природные звуки, не заглушала их, а замысловато вплеталась в шорохи, составляя с ними единое целое. Я проснулась и открыла глаза, но эти звуки не прекратились: капли по-прежнему шелестели по траве и древовидным папоротникам за окном, а монотонные аккоды гитары все так же негромко раздавались за стеной.

Я посмотрела на часы: только одинадцать вечера! А мне казалось, что уже глубокая ночь. Ранним вечером, вернувшись из однодневного круиза на Большой Барьерный Риф, мы покинули Cairns и повернули на запад, чтобы провести пару дней на высокогорье - Atherton Tablelands. Стоило нам забраться чуть выше в горы, как на нас обрушился сильный ливень. Мы доехали до Kuranda (накануне мы приезжали сюда в сад с бабочками), и, чтобы не блуждать в быстро наступающих сумерках, остановились в первом попавшемся караван-парке.

Когда мы зашли в уже оплаченую комнату, я поняла, :) что это тот случай, когда я предпочла бы провести ночь на надувном матрасе в палатке, а не в этом заведении мотельного типа. Постельное белье на кровати по своему цвету и состоянию напоминало те комплекты, которые в советское время выдавались в спальных поездах дальнего следования, сильный аромат какого-то моющего средства назойливо щекотал ноздри, а нашими соседями в комнатах за стеной и напротив были диковатого вида и совершенно заросшие парни и девицы, которых хотелось причесать.

Впрочем эти парни и девушки вежливо улыбались и приветливо здоровались. Караван-парк был тесно окружен дождевым лесом: раскидистые древовидные папоротники склоняли свои ажурные листья над входом в жилой блок; высокие деревья, густо увитые лианами, сказочными гигантами темнели между приземистыми строениями; а лесные птицы громко и пронзительно перекликались где-то совсем рядом.

Посмотрев на мои задумчивые глаза, Юра засмеялся: "Поедем искать более респектабельное место?" Но дождь опять усилился, и выбираться на мокрую дорогу и колесить в полной темноте в поисках подходящего мотеля было как-то очень неуютно. Мы просто принесли из машины свой чистый комплект постельного белья (я брала с собой простыни и наволочки для ночевки в палатке), застелили им кровать, попили чаю и буквально через пол-часа заснули, утомленные яркими впечатлениями и физическими упражнениями подводного плаванья.

Проснувшись через несколько часов от звуков гитары, я послушала это замысловатое бряцанье по струнам и снова задремала под убаюкивающую колыбельную дождя.

Утром мы быстро собрались и отправились в небольшое кафе в центре Kuranda выпить ароматного капучино с какими-то вкусными плюшками домашнего изготовления. По-прежнему моросил мелкий дождик, и деревенька, спрятавшая на высокогорье под пологом густого дождевого леса, медленно просыпалась, готовясь к очередной встрече туристов. Постепенно открывались сувенирные лавочки, торговцы раскладывали ароматные кусочки местного мыла, забавные поделки из раковин и дерева и прочие безделушки. Немного побродив по центру этой замечательной деревушки, наполненной разнообразными развлечениями для туристов, мы поехали к Barron Falls, водопадам, расположенным на окраине Кьюренды.




На парковке у водопадов было еще пусто. Дождь прекратился, и мы направились вниз к ущелью по длинному и узкому деревянному мостику, построенному в кронах деревьев. Почти в самом начале моста стояла большая черная птица -bushturkey, австралийская сорная курица. С недавнего времени в Вики эту птицу по-русски стали называть "большеног", хотя до этого она числилась там "курицей". Не стану спорить с русскими зоологами, :) пускай оригинальничают, для меня эта птица всегда bushturkey.

Но я отвлеклась... Так вот, эта большая и голенастая черная птица стояла к нам совсем близко на мостике, ведущем к водопадам. Когда мы вступили на деревянную дорожку, птица не убежала вперед и не взлетела на перильца, чтобы спрятаться в лесу, она важно двинулась впереди нас, что-то бурча себе под нос. Это выглядело так, :) будто она показывает нам дорогу к местной достопримечательности, а по пути приговаривает: "Посмотрите направо, здесь висит длинная лиана, а налево ничего интересного нет, здесь одни зеленые листья!" Когда мы вышли на смотровую площадку перед водопадом, забавная птица все-таки скрылась в ближайших кустах.




Тонкие ниточки каскадов спокойно струились на противоположной стороне глубокого ущелья, они очень отличались от сделанных во время сильных ливней фото в Википедии.

Пока Юра, слегка ворчащий на темное небо и плохое освещение, (ну покажите мне фотографа, довольного натуральным светом!!!) фотографировал водопад, я бродила вокруг и читала стенды, расположенные под небольшим навесом и расставленные вокруг площадки. Такие таблички можно найти в большинстве национальных парков и других туристических местах, они, словно хороший экскурсовод, поведают о том, что же в этом месте особенного, сообщают сведения из истории Австралии, географии и биологии.




После водопадов мы заехали в другую секцию Barron Gorge National Park. Вдалеке, на узкой полоске между океаном и подступившим к берегу отрогам Большого Водораздельного Хребта светлым пятном выделялся город Кеенс. Серые тучи низко висели над городом и поливали его мелким теплым дождем.

На обочине тропинки Юра показам мне местную мимозу. Хрупкое растение с розовыми цветами-шариками складывало свои изящные тонкие листочки в тонкий прутик, стоило только к ним прикоснуться. Я некоторое время развлекалась тем, что трогала листочки и наблюдала, как они медленно сжимаются, а через некоторое время раскрываются обратно.




Наконец я оставила мимозу в покое, и мы выбрались на шоссе Kennedy Highway, направляясь в сторону Marеeba. Километров через 20 мы свернули на грунтовую дорогу, чтобы достичь Davies Creek National Park.




Густой и влажный дождевой лес остался в Kuranda, большая часть этого национального парка состояла из открытого эвкалиптового леса. Тропинка вилась между нагретых на солнце и пряно пахнущих стройных деревьев, пространство между ними заросло редкой невысокой травой и маленькими кустарниками.




Через километр-другой мы дошли до небольшой горной речушки, журчащей среди поросших лишайниками огромных валунов. Каскады, большие и маленькие, громко шумели вдоль каменного русла реки, обрывавшейся вниз небольшим живописным водопадом.




Выглянувшее солнце начало сильно припекать мою макушку, а походная панамка осталась в машине - всего пол-часа назад низкое небо было затянуто дождевыми тучами.




Я повязала голову шейным шарфом, и мы медленно стали подниматься вверх по течению ручья, пробираясь между валунами и редкой невысокой порослью кустарников.




Очень быстро солнце так разогрело камни на берегах Davies Creek, отражаясь от их светлой поверхности и слепя глаза, что добравшись до небольшого омута, мы долго сидели на берегу, и остывали, опустив босые ноги в прохладную прозрачную воду. Потом Юра немного погонялся за парой непоседливых бабочек в надежде сделать макро-фото, и мы вернулись на туристическую тропинку, она привела нас обратно к парковке.




Нагулявшись на свежем воздухе и пропитавшись ароматами эвкалиптов и сухой травы, мы некоторое время ехали по скоростному шоссе без остановки. Указатели на обочинах зазывали посетить кофейную и чайную плантации и магазины, винодельни, маленькие заводики по производству более крепкого алкоголя, разнообразные кафе и галереи - оставшегося пол-дня не хватило бы, чтобы осмотреть даже третью часть из предлагаемых достопримечательностей. Проехав 50 км мы оказались в городке Atheton и отправились в местный частный музей минералов, называвшийся The Crystal Caves (Хрустальные Пещеры).

Музей и магазинчик при нем располагались на главной улице небольшого городка. Вход был почти незаметным, стеклянная витрина во всю стену небольшого строения, оформленная разнообразными минералами и бижутерией, потреялась бы среди пестроты маленьких модных и сувенирных магазинчиков, банков и кафе, если бы не надпись большими буквами на самой крыше здания.




Я мало интересуюсь геологией, и наибольший интерес у меня вызывают те камни, :) которые можно повесить на шейку или в ушки, но тем не менее мне было очень любопытно побывать в этом музее, созданным энтузиастами-путешественниками René и Nelleke Boissevain.




Бывая в разных странах, René и Nelleke собрали богатую коллекцию, и в 1987 г она дала начало музею. Это весьма необычная экспозиция, она представляет собой довольно темный искуственный подземный лабиринт, редко расцвеченный лампочками и оригинально оформленный разнообразными окаменелостями и минералами.




Жемчужина этой поразительной коллекции - жеода с друзами аметистов, найденная в Уругвае. Размер этого удивительного геологического образования - 2,5 тонн и 3,5 м. Интересующиеся геологией могут почерпнуть информацию об этом небольшом музее на его официальном сайте.


Friday, November 25, 2011

Cairns. Great Barrier Reef.



Свежий морской бриз трепал волосы и упруго бил в лицо, Cairns растворялся в синеватой дымке, а наше маленькое судно удалялось от его берегов, направляясь в открытый океан. Раннее утро прошло в небольшой сутолоке: морской терминал, где мы проходили регистрацию на однодневный круиз на рифы, оказался переполненным. Это было так не похоже на нашу первую поездку на Большой Барьерный Риф в 2008 г, когда мы посетили Lady Musgrave Island! В городке 1770 тогда оперировало всего два турагента, и вся организация путешествия была устроена просто и почти по-домашнему.

В морском терминале Cairns мы сначала отстояли почти получасовую очередь, вокруг было очень много молодых парней и девушек - азиатов, они весело щебетали на своих языках. Наконец мы получили посадочные талоны и, пройдя по длинному деревянному причалу, нашли наш катамаран Silverswift, он был нарядно-белый с яркими синими буквами на боку.




На борту Silverswift мы чувствовали себя гораздо комфортнее, чем при путешествии на Остров Леди Масгрейв. Туристов в этот день было совсем немного и только взрослые, а доброжелательная команда катамарана отличалась исключительной предупредительностью. Удобно разместившись на мягких креслах внутреннего кондиционированного салона верхней палубы, мы с интересом наблюдали, как постепенно теряются в дымке прибрежные холмы, окутанные низкими тяжелыми тучами.

По соседству с нами путешествовала молодая американская пара. Как только наше судно отошло от причала, они выбрались на палубу и стали со смехом фотографировать друг друга. Парень принимал мужественные позы, демонстрировал бицепсы и белозубую широкую улыбку, а его подруга кокетливо приподнимала перед объективом краешек коротенькой льняной туники, обнажая бикини и стройные ножки. Тут к нам подошел наш инструктор по снорклингу, и я отвлеклась от этого маленького спектакля.

Джош, наш инструктор, молодой и веселый парень около тридцати, тоже оказался американцем. После нескольких уточняющих вопросов он объяснил, что скоро будет первый инструктаж всей группы снорклинга (с дайверами работали другие члены команды), и пригласил нас через несколько минут спуститься на нижнюю палубу.

К этому времени наш катамаран уже вышел в открытое море, и хотя оно было очень спокойным, суденышко заметно потряхивало на встречных волнах. Молодая американка, которая совсем недавно так весело позировала перед камерой, вошла в салон пошатываясь и с побледневшим лицом, шепча: "Боже мой..." Я почувствовала, что если я буду наблюдать за ее страданиями от морской болезни, то меня тоже замутит, поскорее сбежала наружу и подставила лицо освежающему ветру.

За инструктажем и созерцанием океана, окружившего нас со всех сторон, время прошло незаметно, я так и не поддалась морской болезни, и вскоре мы были у рифа.




Я немного удивилась, когда наш катамаран остановился в открытом океане, в прошлую нашу поездку на риф мы наблюдали за морской жизнью в лагуне маленького кораллового островка. В этот раз нас со всех сторон окружали прозрачные бирюзовые волны, и только там, где близко у поверхности росли рифы, цвет воды был другим.

Джош настоятельно порекомендовал нам всем облачиться в лайкровые костюмы, оставляющие открытыми только небольшой кусочек лица и пальцы ног. Летом в тропических водах у побережья Австралии дрейфует немало ядовитых медуз, ожог их щупалец настолько опасен, что может вызвать летальный исход, если вовремя не приняты необходимые меры. Водопроницаемые костюмы нисколько не убавляли удовольствия от купания в теплой соленой воде, но полностью защищали нашу кожу от нежелательных прикосновений морских существ.

Экипировавшись должным образом, мы отправились в воду, и я, как поплавок, :) тут же повисла у самой поверхности. Юра снова уговорил меня натянуть спасательный жилет, чтобы быть уверенным, что я не нахлебаюсь воды, пока он ныряет немного глубже и фотографирует риф своим старым Олимпусом, заключенным в камеру для подводной съемки.




В черных лайкровых костюмах с разноцветными ластами, масками и жилетами мы почти все выглядели одинаково. Я научилась узнавать мужа под водой по большому футляру подводной камеры, но когда мне хотелось привлечь его внимание, чтобы показать что-то интересное, приходилось прикладывать некоторые усилия.

...Я спокойно рассматривала разноцветные "полянки" кораллов в нескольких метрах подо мной, когда заметила, что между двумя возвышающимися рифами вдалеке промелькнула метровая рыбина, по форме очень напоминающая акулу... Я как можно быстрее нашла Юру и начала бултыхать ногами в воде и тыкать пальцем в ту сторону, где я увидела подводную хищницу. Юру чрезвычайно развеселили мои телодвижения, он сначала спокойно меня сфотографировал, а потом подплыл ближе, чтобы узнать причину моего возбуждения.

Подняв голову над водой, я рассказала ему об акуле, и мы поплыли ближе к расселине, чтобы на нее посмотреть. Но акула оказалась чрезвычайно стеснительной, мы смогли увидеть только ее только издали. Заметив наше приближение, она постаралась уплыть как можно дальше, спрятаться в расщелинах между подводными скалами. Сфотографировать ее не удалось, но дома Юра ради шутки вставил в фоторедакторе в один из сделанных под водой пейзажей несколько акульих теней. Вот эта картинка. Повторяю: ниже - фотомонтаж... :)




Выбравшись из воды, отжав лайкровый костюм и повесив его сушиться, я тут же поспешила к Джошу, чтобы рассказать о пугающей встрече. Но наш инструктор уже был окружен несколькими трепещущими особами женского пола, они все наперебой рассказывали о увиденных под водой хищниках.

Джош тут же нас успокоил и заверил, что будучи морским биологом, он не понаслышке знаком с привычками морских обитателей. И пообещал нам, что во время этого круиза ни одна из нас не будет жестоко съедена акулой, потому что это просто не в их привычках. Он спросил нас, заметили ли мы, что встреченные нами акулы старались держаться от нас как можно дальше и спрятаться среди рифов. Мы это подтвердили, и инструктор продолжил свою мини-лекцию..

Джош рассказал, что когда дайвер или снорклер находится в воде, акулы очень отчетливо слышат наше сердцебиение и именно по нему оценивают наши размеры. Наше сердце млекопитающего довольно крупное, гораздо крупнее, чем у рыбы такого же веса и размера. Услышав громкий стук наших перепуганных сердечек, акулы считают, что к ним приближается очень крупное и опасное существо, гораздо большее, чем мы есть на самом деле, поэтому испуганные акулы сами стремятся от нас скрыться, чтобы не послужить добычей.




Мы поверили нашему инструктору, :) его объяснения звучали вполне логично. Тем более у австралийских берегов несчастные случаи с акулами случаются только у серферов - а их сердец, находящихся над водой, акулы не слышат, так что это совсем другая история.




Пока мы разговаривали с Джошем, наш катамаран снялся с якоря и подошел к другому краю того же самого рифа. Мы снова натянули уже подсохшие костюмы и опять отправились в воду. Мы уже не опасалсь попасть на зубок к акулам, но в этот день мы их больше не видели...




Удивительный и загадочный подводный мир простирался под нами, сотни рыбешек шустро плавали между огромными рифами, обросшими разноцветными кораллами. И хотя я не в первый раз любовалась австралийским Большим Барьерным Рифом, меня снова удивило и восхитило это богатое разнообразие подводной жизни.




Во второй раз гудок позвал нас на катамаран и мы вернулись обратно, где нас опять встретил Джош, до этого наблюдавший за нами с верхней палубы. Катамаран снялся с якоря и направился на другой риф, чтобы мы могли познакомиться с разными формами кораллов и коралловых рыбок, а наш веселый инструктор, отпуская шутки по поводу своего американского акцента, развлекал нас рассказами о морских жителях и жизни на рифе.

На третьей остановке мне уже не очень хотелось идти в воду, я немного устала от избытка физических упражнений и красочных впечатлений. Натягивать на себя невысохший и прохладный лайкровый костюм тоже не очень хотелось, но я сделала над собой усилие и снова окунулась в теплую и прозрачную воду.

На длинном тросе, удерживающем наш катамаран на якоре, гроздями висели туристы-дайверы. Поскольку они опускались на некоторую глубину, им приходилось входить в воду постепенно, чтобы выравнять внешнее и внутреннее давление. Серебристые пузырьки воздуха ниточкой поднимались наверх от аквалангов, и казалось, что каждый дайвер привязан к поверхности тонкой блестящей веревочкой.

Понаблюдав с интересом за туристами в аквалангах, мы с Юрой проплыли вокруг места, указанного нашим инструктором, еще раз полюбовались подводными красотами и вернулись обратно. Когда я вышла из воды, меня даже слегка покачивало от усталости, и я с некоторым трудом последний раз стащила с себя черную лайкру и задумалась на секунду, куда ее положить. Один из матросов, чрезвычайно походящий на американского актера Jeff Fahey (помните фильм "Газонокосильщик"?), с улыбкой подхватил у меня из рук костюм и ласты с маской, бросил в нужные баки и, пробормотав что-то приятно-ободряющее, побежал дальше.




После душа с пресной водой мы расслабленно устроились в комфортабельных креслах, а наш капитан объявил по громкой связи, что мы направляемся к берегу, но по пути заберем с кораллового острова пассажиров с круизного корабля P&O, привезенных туда утром другим катером.




Обратная дорога была спокойной. Те, кто страдал от морской болезни утром, заблаговременно приняли какие-то таблетки и спокойно сидели на своих местах, не производя лишнего шума и не пугая остальных пассажиров и команду. :).

Наш катамаран пришвартовался к Кеенс около четырех часов после полудня. Над городом ярко сияло солнце, белая многоэтажная громада P&O возвышалась в порту. Рядом с этим кораблем наш катамаран выглядел просто букашкой, но были благодарны этому маленькому суденышку за те чудеса и красоты, которые нам довелось увидеть за этот длинный и насыщенный день.

Выбранный нами вариант путешествия к рифу по цене был отнюдь не самым дешевым. В Cairns оперирует несколько турагентств, предлагающих однодневные круизы по более демократичным ценам, но мы ни на секунду не пожалели о потраченых деньгах - комфорт и внимание, которыми нас окружили, того заслуживали...